Так называемая оптимизация превратила здравоохранение Тверской области в хронического больного: роддома и поликлиники закрываются, жители Ржева лечат зубы в сырых подвалах, а новенькие ФАПы с оборудованием за миллионы рублей закрыты на замок из-за массового побега врачей в столицу. Неужели состояние нашей медицины безнадежно или надежда на ее оздоровление все же есть? Выясняли вместе с депутатами и активистами СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ.

История одной болезни"

    "Начинали вроде бы за здравие, а получилось как всегда" – вот такой короткой и хлесткой фразой лидер российских справедливороссов Сергей Миронов поставил диагноз реформе отечественной медицины.

    В правоте его слов жители Тверской области смогли убедиться на собственном здоровье. Даже официальная статистика схватилась за сердце: смертность в Верхневолжье стабильно опережает рождаемость в 2,5–3 раза. Регион вымирает на глазах!

    В качестве оправдания чиновники лишь руками разводят: мол, онкология и инфаркты – вот кто косит людей. Но на самом деле главный убийца здесь – не смертельные болезни. Звучит парадоксально, но они лишь метастазы хронической хвори самой системы здравоохранения.

    Попробуем по примеру врачей собрать анамнез заболевания нашей медицины. Выясним, кто, когда и чем ее заразил.

    Первые симптомы безумия под кодовым названием "оптимизация" проявились еще в 2010 году. Тогда под бравурные выкрики о "повышении эффективности" и "экономии бюджета" медицину начали резать по живому. Региональные власти с упоением палачей закрывали больницы, уменьшали койко-места и пачками сокращали врачей. Якобы ради повышения зарплаты оставшимся.

    Добила тверскую медицину извращенная модель финансирования через Фонд ОМС. Деньги больницам теперь платят "за пациента".

    Давайте примерно посчитаем, сколько у нас условных пациентов:

Площадь Тверской области около 84 тысяч квадратных километров.

На них проживает почти 1 миллион 200 человек.

Получается примерно 14 человек на квадратный километр.

    Негусто. Особенно в отдаленных городках и селах. А потому чиновникам стало невыгодно содержать полноценные ЦРБ в стремительно пустеющих районах Верхневолжья. Учреждения закрыли, и теперь людям, чтобы получить медицинскую помощь, приходится преодолевать сотни километров!

    "Так называемая оптимизация здравоохранения сопровождается крайне негативными последствиями для населения. По федеральным нормативам больниц достойны только крупные пункты, из-за чего люди остаются без помощи", – констатирует депутат Государственной Думы от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ Алексей Чепа.

Роды  на обочине

    Один из самых сокрушительных ударов оптимизация нанесла акушерско-­гинекологической службе. Прикрывшись красивой ширмой – открытием Областного перинатального центра в Твери, реформаторы начали массово заколачивать двери родильных отделений. Под нож реорганизации пошли не только сельские пункты, но и крупные городские роддома в самой Твери, а также отделения в ключевых рай­центрах, включая Вышний Волочёк.

    Вот так, легким росчерком пера, чиновники кратно увеличили риск экстремальных "дорожных родов". Хуже того: женщин лишили элементарной возможности получить экстренную хирургическую помощь по месту жительства. Если при беременности случается внезапное тяжелое осложнение, везти пациентку за сотни километров – это фактически подписывать ей и малышу приговор.

Но кого из оптимизаторов трогают человеческие жизни, когда речь идет об экономической целесообразности?

    А потому следом под каток реформы угодили наши ангелы-­хранители – служба скорой помощи. Чиновники увлеченно укрупняли диспетчерские узлы и резали районные бригады. Результат – полный логистический коллапс. Время доезда медиков до пациентов в отдаленных деревнях выросло в разы!

    Медицинское понятие золотого часа – того самого критического промежутка времени при инфарктах и инсультах, когда человека еще можно спасти, – превра­тилось для жителей тверской глубинки в недоступную роскошь. Наша скорая физически не успевает доехать вовремя. Все, что остается бригаде, – зафиксировать смерть.

Состояние здания – клиника

    Отдельный вид издевательства над тверичами – это состояние медицинских учреждений, особенно в малых городах и селах. Буквально в мае этого года доведенные до отчаяния жители поселка Орша были вынуждены напрямую обратиться к губернатору. Причина – критическое состояние Оршинской больницы.

    Старое здание, возведенное еще в 70-х годах прошлого века, буквально трещит по швам. Ему жизненно необходима полная реанимация: от дырявой крыши и гнилых инженерных сетей до облезлого фасада. Но у чиновников минздрава логика простая – зачем ремонтировать, если можно ликвидировать? Больницу планируют закрыть, выставив взамен временную модульную амбулаторию-коробку. Похоже, лечить людей в Орше скоро будут в полевых условиях.

    Не лучше дела обстоят и во втором по величине городе региона. Во Ржеве стоит вопрос о необходимости строительства новой стоматологической поликлиники. Сегодня ржевитяне вынуждены лечить зубы в условиях, которые больше напоминают декорации к фильму ужасов. Основная часть медицинских кабинетов находится в полуподвале обычного жилого дома.

    Низкие потолки, крошечные окна, вечная сырость – вот реалии ржевской стоматологии.

    Специфика цоколя физически не позволяет установить вентиляционную систему, которая обязана быть в современных хирургических и зуботехнических кабинетах. Врачи и пациенты годами дышат плесенью.

    О пресловутой "доступной среде" здесь и вовсе никто не слышал. Крутые узкие лестницы, ведущие в подвал, невозможно расширить под современные стандарты. А обустроить безопасный пандус для инвалидов-колясочников и немощных стариков технически неосуществимо.

    Депутат Законодательного соб­рания Тверской области, сторонник Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Любовь Ефаненкова с момента своего избрания бьется за право ржевитян лечить зубы в человеческих условиях.

    "Куда я только ни обращалась, – рассказывает она. – Неоднократно к губер­натору обла­сти, в министерство здравоохранения Тверской области, в 2024–2025 гг. – на прямую линию Президента РФ В. В. Путина. На все мои обращения получаю отписки".   

     Но опускать руки депутат-социалист не собирается. Недавно во Ржев приезжал Председатель Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Сергей Миронов. Любови Ефаненковой удалось лично передать ему весь пакет документов по ржевскому стоматологическому подвалу. Для лидера справедливороссов проблемы Верхневолжья – не пустой звук, ведь на Тверской земле его корни. Теперь у ржевитян появилась реальная надежда на помощь сверху.

А цена сохранения человеческого здоровья во Ржеве –

240 миллионов pублей.

    Именно столько стоит построить новую, современную стоматологическую поликлинику площадью 1 500 квадратных метров. Но в бюджете Тверской области на ближайшие годы на эти цели не заложено ни копейки!

    Пока денег нет, минздрав судорожно прорабатывает план Б – впихнуть стоматологию на существующие площади Ржевской ЦРБ, которая и сама не резиновая.

Кузница кадров для чужих карманов

    При этом наша область обладает уникальным и мощным ресурсом – Тверским государственным медицинским университетом (ТГМУ). Это один из старейших и авторитетнейших медицинских вузов Центральной России. Ежегодно из его стен выходят сотни дипломированных терапевтов, педиат­ров, хирургов и стоматологов!

    Но именно здесь кроется главный парадокс тверской медицины. Регион имеет под боком собственную первоклассную кузницу кадров, но при этом буквально загибается от тотального кадрового голода.

    Молодые и перспективные выпускники тверского меда быстро понимают, как устроена система, и выбирают альтернативные маршруты. Большинство еще во время учебы в ординатуре подыскивает теплые места в клиниках Москвы и Подмосковья. Тверская область с ее копеечными окладами на одну ставку просто не в состоянии конкурировать со столичными зарплатами.

Те же, кто решает остаться на малой родине, бегут от государственной медицины как от чумы.

    Их цель – развитая сеть частных медицинских центров и коммерческих стоматологий областной столицы. Идти пахать на государственные терапевтические участки в полуразрушенные поликлиники или ехать в районные ЦРБ соглашаются лишь единицы.

    Даже хваленая система целевого обучения, которая, по задумке, должна намертво привязывать студента к конкретной районной больнице, дает серьезные сбои. Молодые врачи легко находят юридические лазейки, платят штрафы за невыполнение договора или просто стискивают зубы, дожидаясь окончания обязательной трехлетки. А затем – заявление на увольнение и уезжают из Тверской области навсегда.

    "Правительство и власти регионов должны изыскать дополнительные средства на повышение зарплат медикам в среднем в полтора раза при расчете на одну ставку, – настаивает депутат Государственной Думы РФ от Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Алексей Чепа. – В том числе за счет специальных социальных выплат, которые давно пора распространить на работников скорой и некоторых других специалистов. Мы будем добиваться закрепления в законе повышения уровня окладов для врачей при сохранении других выплат. Мы уверены, что уровень окладов должен составлять не менее 70 %, а сам размер зарплат, в зависимости от стажа врача, должен быть 100–200 % от средней по региону".

ФАПы-призраки тверской глубинки

    Если в крупных городах Тверской области кадровый дефицит ощущается не так остро, то в сельской местности в фельдшерско-акушерских пунктах (ФАПах), которые должны были стать спасением для тверской глубинки после уничтожения районных больниц, людей в белых халатах не найти.

    За последние годы Тверская область покрылась сетью новеньких модульных ФАПов. Это красивые, современные домики, обшитые сайдингом и упакованные по последнему слову техники. Внутри есть всё: от дефибрилляторов и кардиографов до компьютеров с телемедициной. Но как только перерезаются красные ленточки и уезжают телекамеры, эти технологические чудеса наглухо закрываются на замок.

Причина абсурдна: красивую инфраструктуру построили, а о медиках забыли.

    Молодые специалисты наотрез отказываются ехать жить в полупустые деревни, где нет элементарных бытовых условий, а транспортное сообщение с Тверью полностью разрушено. В итоге модульный ФАП без постоянного, живущего в селе медика превращается в памятник чиновничьей глупости и дорогую декорацию для отчетов.

    Чтобы новые пункты не пустовали на бумаге, минздрав внедрил выездной метод работы, превратившийся в форменные "медицинские гастроли". Один несчастный фельдшер, закрепленный за своей деревней, теперь берет под шефство еще три-четыре соседних пункта.

Он наезжает в каждый модульный ФАП раз в неделю на пару часов. Все остальное время миллионное оборудование ржавеет под замком, а брошенные старики в отдаленных селах остаются один на один с инсультами и гипертоническими кризами.

В настоящий момент в режиме таких призрачных "гастролей" функционирует до половины всех ФАПов в Тверской области!

    "Проблемы пустых ФАПов – это проблема кадров, – уверен депутат Законодательного собрания Тверской области, сторонник Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Артем Гончаров. – Но мало констатировать эту проблему, нужно ее решать. И здесь я отмечу слабое взаимодействие между властями районов и областным центром. Его практически нет. А без четкой вертикали в этом направлении не решить проблемы предоставления жилья, льгот на местном уровне, повышения зарплат. Те программы, что сейчас есть, не работают. Значит, нужно вырабатывать новые решения, чтобы закреп­лять кадры на местах".

Чтобы остановить кадровый побег в столицу, нужно вводить жесткий мораторий на оптимизацию больниц, как требует СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ.

Кроме того, по мнению социалистов, необходимо:

повысить зарплаты медиков в 1,5 раза;

приравнять медиков к госслужащим;

ликвидировать Фонд ОМС как неэффективного посредника и перейти на прямое финансирование здравоохранения из федерального бюджета.

Пока не будут приняты предложенные социалистами меры, Верхневолжье так и останется территорией пустых ФАПов среди вымирающих деревень.