Сотрудники Тверского регионального отделения СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ провели выездное заседание в ЗАТО Озерный и пообщались с представителями партии на территории военного городка. На встрече присутствовали Председатель местного отделения СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ в ЗАТО Озерный Николай Пабер и член партии Николай Сорокин. В ходе встречи корреспондент tver.spravedlivo.ru пообщался с лидером местных справороссов.

Николай Николаевич, есть какая-то специфика в отношениях власти и оппозиции на территории ЗАТО?

Люди больше связаны какими-то чисто человеческими отношениями. Это помогает решать вопросы более цивилизованно. Никаких разборок, вплоть до кровавых, о которых можно прочитать в прессе, у нас здесь нет. Все решается на уровне бесед. В 90% случаев мы подходим к какому-то консенсусу, который всех устраивает. Но есть, конечно, вопросы, по которым мы спорим с местной властью достаточно жестко, но общечеловеческих границ каких-то это не переходит, как я уже сказал. Спорим по вопросам уборки мусора на территории. Для нас сейчас эта проблема очень актуальна, поскольку урезали бюджет. Я председателем бюджетной комиссии являюсь и все бюджетные деньги вижу. По сравнению с прошлым созывом все бюджетные статьи урезаны и намного. Денег не хватало и так, их стало еще меньше.

А их вообще когда-то хватало?

Хватало только в советское время. Тогда было видно, как городок растет и развивается. Хотя сейчас тоже строятся новые здания в связи с перевооружением. Поскольку у нас военная часть половину городка составляет молодежь. Кадровые военные, состав которых постоянно обновляется. Приезжают лейтенанты, дослуживаются до капитанов и уезжают на повышение.

На сентябрьских выборах в Законодательное Собрание Тверской области и Госдуму СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ у вас хороший результат показала?

Мы набрали 67 процентов, но доказать этот результат не смогли. На многих территориях была такая проблема. В принципе, во время выборов в Думу ЗАТО Озерный у нас была аналогичная ситуация. Мы за выборами следили сами, плюс на выходах с избирательных участков проводились экзитполы. По нашим подсчетам из 15 депутатов 11 должно было быть от СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ, а когда посчитали голоса в ТИКе, оказалось, что прошел всего один. В урнах избирательных бюллетени лежали пачками. Вот такие вещи происходили, впрочем, как и по всей стране. Сейчас этим, к сожалению, никого не удивишь.

А во вневыборное время отношения между ЕР и оппозицией как строятся?

Цивилизованно все. Городок, как я уже сказал, маленький и межличностные отношения здесь важнее политики. Все понимают, что нужно приходить к какому-то консенсусу, потому что денег мало, а желаний много. Можем достаточно горячо поспорить и потом пару дней друг с другом не разговаривать. Но главное в том, что к нам, оппозиционным депутатам, власть прислушивается, чего нет во многих муниципалитетах на гражданской территории. Возможно это опять из-за того, что территория маленькая. Категорического отторжения нашего мнения не происходит.

В чем заключается роль оппозиции у вас в ЗАТО?

Думаю, как и везде. В том, чтобы указывать власти на ее ошибки и недоработки. Помогаем им жить веселее. Немножко поживее двигаться и побыстрее думать. На то, как говорится, и щука, чтобы карась не дремал. Хотя щука в данном случае, конечно, партия власти. Большинство в Думе ЗАТО Озерный принадлежит единороссам. У них 12 из 15 депутатов, у нас, оппозиционных партий всего 3, по человеку на каждую. Было бы денег больше, споров о том, куда их потратить было бы меньше. Печально в этом смысле, что область сейчас нашему ЗАТО поддержки практически никакой не оказывает. Финансирование из регионального бюджета просто отсутствует. Аргументация у областного руководства простая: вы тут живете хорошо, и на поддержку не рассчитывайте! Я понимаю, конечно, что в стране сейчас трудно и 20 миллионов живут за чертой бедности, но думаю, что это не очень правильная позиция области, все-таки. У нас по сравнению с прошлым годом денег стало меньше на 16 миллионов. При бюджете в 236 миллионов такое сокращение очень заметно. А инвестиции извне нам привлечь невозможно, поскольку территория закрытая. Все инвестиции упираются в шлагбаум. И в ограниченность людского ресурса. У нас есть 10 тысяч человек, и тенденции к существенному росту населения не наблюдается.

А вы сталкиваетесь с какими-то проблемами, характерными только для закрытого административно-территориального образования и отличающими его от обычных муниципалитетов?

Я бы не сказал. Проблемы везде одни и те же. Повышение тарифов на ЖКХ, например. Отличие в том только, что воровства жуткого у нас нет. Опять же потому, наверное, что территория маленькая. Если бы воровали, люди говорили бы об этом открыто. Здесь все на глазах и все видят, как и кто живет. Кто какую машину купил, и кто какой дом построил. Если есть большое несоответствие в официальных доходах и уровне жизни чьем-то, у нас население достаточно активное, чтобы заинтересовать соответствующие органы. Думаю, в таких условиях ни один руководитель рисковать бы не стал. Проблемы в ЖКХ, конечно, есть. Но их не может не быть по определению. Сети, как и везде, старые, с советских времен. Жилой фонд тоже уже старенький. Есть дома 34-го года постройки. Но все стараемся решать. В целом, вроде бы получается.